Солдатские будни журналиста

Написано . в . Опубликовано в Новости

Волна за волной, мобилизация в связи с военными действиями на Донбассе в течение двух лет забирала всё новых и новых мужчин, отрывая их от мирной жизни, от семей, друзей, работы. Какие-то солдатские части перебрасывали в наш район. Кто-то из нашего района отправлялся в учебки по всей Украине, а то и на линию огня. В августе прошлого года в ряды Вооружённых сил Украины был призван и журналист «Приазовской правды» Сергей Мигуля, известный читателям своими публикациями, а также патриотическим настроем и желанием защищать свою страну от любых проявлений агрессии. До этого Сергею не пришлось служить в армии, но нынешняя ситуация и долг настоящего мужчины позвали его в ряды ВСУ.

Конечно, связь мы держали постоянно, благо, что на полигонах, где наш корр. проходил азы армейской службы, говорить по мобилке в определённые часы позволялось. Хотя находясь на Яворовском полигоне недалеко от Львова, Серёга не всегда был доступен: лесной массив и частые проливные дожди мешали.

В феврале, спустя полгода несения службы, он, теперь уже солдат с военной выправкой, в настоящем армейском кителе пришёл на побывку домой в свой положенный отпуск. Конечно, коллектив был очень рад встрече с ценным, профессионально подкованным сотрудником и просто хорошим человеком, по которому мы все, говоря без ложной застенчивости, за это время сильно соскучились. Тем более, эмоций было через край, потому что анонсировать заранее свой приезд Сергей не стал, поскромничал и просто явился в редакцию, устроив нам неожиданный, но такой приятный сюрприз! Вопросов к нему было много, но все сводились к одному: Серёга, а как оно там? Не через объектив репортёрских камер, а своими глазами-то?

Так точно!

Рядовой Мигуля был призван служить в артиллерийские, а именно – в ракетные войска. Позывным не обзавёлся, так как в зоне боевых действий не был. Надеемся, и не придётся. Авось и хватит у сильных мира сего не только военной техники, но и разума, чтобы решить наболевший острый вопрос мирным путём, как, в общем-то, и обещали. За эти полгода Сергей освоился не только с автоматом, который он собирает за 30 секунд, но и с вооружением, именуемым ПТУР – противотанковая управляемая ракета. Радиус поражения составляет до 5 километров.

— А на учениях вы стреляете боевыми снарядами или холостыми? — интересуемся мы, устроив посиделки с принесённым Серёгой тортиком.

Оказывается, холостых снарядов, которые можно было бы использовать в процессе обучения молодых артиллеристов, нет. Не то, чтобы дефицит финансирования сказывался, их вообще холостых снарядов не бывает. Поэтому на учениях стреляют изредка, рационально расходуя боеприпасы.

— После стрельб приходится чистить дуло пушки от гари с соляркой 10-метровым квачом, — широко разводит в стороны руки наш сотрудник, хоть сейчас он вроде и гость.

Служат вновь призванные вместе с теми, кто побывал в зоне АТО. Здесь, в части, никто не растягивает термин до официального «антитеррористическая операция» и так далее. Именуют просто и лаконично – «зона». Солдаты, побывавшие в ней, немногословны, особыми преференциями не пользуются. Но негласное уважение коллектив им оказывает.

Матерятся вояки, что называется, «на чём свет стоит».

— А что вы хотите, — комментирует Серёга, — в армии всё на мате только и держится.

Наверное, так легче переносить армейские тяготы, смекаем мы. Однако светскую беседу наш корреспондент вести не отвык. Держит себя в рамках строгой цензуры. Хотя, определённый отпечаток, признаётся, служба накладывает – в магазинах на вопросы продавца, если таковые возникают, вместо: «Да, пожалуйста» отвечает: «Так точно!». Происходит это уже, можно сказать, автоматически.

 Без «аватаров»

До переезда на нынешнее место дислокации Сергей служил на Яворовском военном полигоне во Львовской области. Условия быта от люксовских были, ой, как далеки. Жили в сыром тёмном лесу, в палатках, которые по утрам покрывались инеем. Дожди шли непрекращающимся потоком. Кое-кто из солдат даже тяжело переболел. Но в военных госпиталях и не с воспалением лёгких на ноги ставят.

— Отношение же гражданских к военным, например, во Львове, куда по выходным частенько отпускали личный состав, там иное, более уважительное, нежели здесь, — отмечает наш корреспондент.

— Ну, тут, может, всё дело в том, что мы нередко наблюдаем и в городе, и в селах нашего района весьма подвыпивших людей в военной форме, — предположили мы. — Разгуливающий с автоматом наперевес  вояка «подшофе» вызовет у любого здравомыслящего человека страх, который с уважением к защитнику Отечества как-то не особо вяжется.

— А вот у нас в части, — поделился Сергей, — с «авата́рами» командующий разобрался быстро и жёстко. Резко заставил собрать манатки и вывез к ближайшей трассе, отпустив на все четыре стороны, конечно, с соответствующими характеристиками в местные военкоматы.

Может, не все наши читатели так с ходу разберутся, кто такие «авата́ры»? Если вкратце, то «аватар» – новомодный, но прочно закрепившийся термин, привнесённый журналистами в информационное пространство для обозначения солдат-пьяниц. Аватары – это персонажи одноименного фантастического фильма Джеймса Кэмерона. По сюжету киноленты учёные смогли объединить ДНК человека и жителя планеты Пандорра, кожный покров которого отличается синим оттенком. Получился организм, то есть авата́р, способный жить на планете и управляться сознанием человека, находящегося в состоянии, подобном сну. Аборигены называли авата́ров «ходящими-во-сне». По этой аналогии шатающихся выпивших солдат, а также по характерному синюшному цвету кожи, который появляется при алкогольной зависимости, вояк, балующихся спиртным, прозвали «авата́рами». От них-то, неисправимых выпивох, позорящих честь мундира, и избавился командир части, в которой служит наш Сергей.

Что такое дедовщина, мы не знаем

— Солдатики там не голодают? Ты за домашней едой соскучился? — засыпали мы Серёгу гастрономическими вопросами.

— Поначалу, — вспоминает он, — после того, как призвали, очень недоставало домашней еды. Скорее даже, эмоционально недоставало. Хотелось чего-то сладенького, вкусно приготовленного мясца. Потом постепенно втянулись.

В близлежащих сёлах всегда есть магазинчики, а зарплату мобилизованные получают регулярно, поэтому и прикупить чего-то такого возможность всегда была. Ну, а если посылка кому из дому придёт, то, конечно, пирует солдат не один, и товарищам достаётся.

Сейчас наш Сергей служит в Киевской области. Готовят себе ребята порой сами на электроплитке, прямо в кубрике. В рационе есть и каши, и картошечка, и грибами лакомятся.

— Осенью собирали белые грибы, так они от дождей высотой почти в 20 см выросли, — говорит Серёга под наши удивлённые «Ого!».

Хотя понятие «кубрик» само по себе связано с морем, ребята в части именуют так спальное помещение, рассчитанное приблизительно на 30 человек. «Отбой» в их среде понятие довольно относительное. С его объявлением, как раз и начинается «жизнь», «манёвры». Солдаты кому-то звонят, общаются между собой, смотрят телек, он тоже есть в кубрике. Главное – не включать свет. Но Серёга уверяет, что «вырубаешься», даже если не смотришь. Такой порядок оправдан тем, что это не срочная служба в привычном понимании слова. Кого здесь натаскивать? Призваны «мужики» от 20 и до 60-ти лет. Таким составом сильно не покомандуешь. Потому и дедовщина в части – понятие чисто теоретическое. Вот, «контрачей» (солдат на контрактной службе), тех «строят», да. Командование «строит», не «деды». Но это по принципу: больше привилегий – больше и спрос.

Уборкой и прочими хозяйственными делами солдаты не гнушаются. За порядком в казарме следит суточный наряд. Если кто-то ведёт себя неадекватно, да так, что всё подразделение подставляет, наказывают сообща. «Косячить», как говорится, можно, но только аккуратненько, чтобы другим от этого плохо не было. Иначе плохо будет тебе самому.

Среди солдат есть и железнодорожники, и металлурги, большинство же мобилизованных с высшим образованием, как и наш Серёга, есть даже один директор частной столичной фирмы. В общем коллективе «кубриковцев» со временем образуются так называемые «семьи» – узкий круг общения, объединённый товарищескими узами.

— Пребывание в армии может многое дать, — уже как опытный служивый, авторитетно заявляет Сергей. — Это та же школа мужества, некий виток развития. На службе изменяется мировоззрение. Общаясь с разными людьми, обогащаешь свой жизненный опыт.

В среде бойцов, как это и было всегда, существует понятие армейского братства, которое активно поощряется и поддерживается. Они «прикрывают» друг друга, и не только на поле боя. Случаи взаимовыручки происходят регулярно, начиная с того, как кто-то выкрикнет за тебя «Я!» в строю, когда тебя в нём и близко нет. А в шеренге полторы сотни человек, так что никто и не разберётся. Строевые песни как на срочной службе не поют. Да и подготовки строевой нет.

— Не для того туда нас призвали, — говорит Сергей, — чтобы учить красиво ходить. Наша задача – научиться обращаться с вооружением на случай неожиданной необходимости.

Зато артиллеристом наш воин уже стал. Однако мы надеемся, что навыки бойца ему применять не потребуется.

Время общения пролетело незаметно, и скоро наш Серёга опять возвратится в часть, а мы будем ждать его ещё полгода. Поэтому от всей души пожелали коллеге скорейшего возвращения и чтобы его жизненный опыт, приобретённый в армии, пригодился только в мирной жизни. А работая в одном из средств массовой информации, искренне надеемся, что уже в скором будущем сможем сообщить нашим читателям о том, что в нашей стране наступил долгожданный мир, которого мы все с нетерпением ожидаем. Настоящий мир, а не призрачный, в виде неких договорённостей, которые пока что соблюдать никто не спешит.

Юрий СОРОКА газета «Приазовская Правда»

Обратная ссылка с вашего сайта

Оставьте комментарий

123