Отнеситесь к «камышу» с уважением…

Написано . в . Опубликовано в История, Новости

 

Виктор Хмель

Весна еще не наступила, а в воздухе уже явственно чувствуется запах гари. С неба же, на головы спешащих по своим делам прохожих, тихо и плавно опускаются черные снежинки от сгоревших растительных остатков. Это где- то в окрестностях Херсона уже во всю  полыхает камыш.

Подобное неразумное действо, повторяющееся ежегодно с печальной периодичностью и продолжающееся практически всю весну, лишний раз говорит о том, что не научились мы в достаточной мере ценить и использовать богатства представленные человеку природой. Не возможно, пожалуй, вообразить, чтобы в соседних с нами странах Европы, где гораздо бережней и рациональней обращаются со своими природными ресурсами, с ними обращались так же жестоко и глупо.

Лет двадцать назад, чтобы оправдать весенние пожарища, бытовала версия, что камыш жгут держатели крупного рогатого скота, мол, на камышовых палах быстрей появляется молодая зелень, а это корм для изголодавших за зиму на «сухпайке» животных. Да только все это мало походит на правду, ибо ныне коров в пригороде и в близ лежащих к Днепру селах ныне раз- два и обчелся, а камыш все также продолжает полыхать каждую весну. Не выдерживает критики и версия о том, что камыш жгут инспекторы рыбнадзора, чтобы «негде было спрятаться браконьерам», промышляющим в период нереста рыбой.

я5

Нет, конечно, и сто лет назад, когда ценность камыша была несоизмеримо высокой, также иногда случалось, жгли плавни. Но, скажем, если подобное случалось в разгар зимы, то это считалось сродни бедствию, так как лишало горожан дешевого, доступного, а порой и единственного вида топлива для обогрева жилищ.

Это уж потом, в конце февраля, начале марта,  остатки камыша выжигали на скошенных и убранных участках, чтобы они в дальнейшем не мешали расти «товарной строительной продукции». Такие палы производили под наблюдением, чтобы огонь не нанес никакого ущерба древесной растительности, которую за счет городских средств высаживали в плавнях для укрепления берегов и создания вокруг Херсона зеленой зоны- «дачи». К тому же, чтобы пламя не перекинулось на иные, сдаваемые в аренду для заготовок камыша, участки. Впрочем, даже тогда не всегда случалось, так как хотелось бы. Иногда огонь действовал по своему усмотрению. Так, вырвавшаяся из под контроля огненная стихия, полностью уничтожила крупную рощу, состоявшую из молодых деревьев высаженных по берегам реки Гнилуши в начале ХХ века. А хорошо известный херсонцам Стеблиевский лиман был образован вследствие крупного пожара, случившегося «при малой воде», уничтожившего слабо укоренившуюся на этой площади камышовую растительность. Очень скоро здесь образовались озера Погорелое-1 и Погорелое-2.

К слову, сохранившиеся до нашего времени названия плавневых озер, зачастую отражают случавшиеся в прошлом события. Так скажем, название озера Чечужье говорит о том, что когда то в нем ловили стерлядь- чечугу (укр.). О чем упоминает бывший гласный Херсонской городской думы Рябков в материалах «Рыболовство в Херсонской губернии».

Рассказывая о камышовых зарослях «городской дачи», пожалуй, стоит  упомянуть и зародившиеся в начале ХХ века природоохранительные общественные организации, гимназический «Майский союз», «Общество покровительства животным», к которым также можно отнести «Херсонское общество правильной охоты», которые яро выступали против подобных действий арендаторов плавневых участков. Конечно, «общество правильной охоты», преследовало в этом случае личные меркантильные интересы, справедливо полагая, что палы способствуют сокращению численности дичи и промысловых животных в охотничьих угодьях. Может быть именно благодаря подобной заботе не безразличных людей, дичи в то время было, действительно много. Ибо не раз местные газеты сообщали о необычных ее перелетах, во время которых даже на улицах города жители ловили куликов, бекасов, вальдшнепов, куропаток и перепелов.

Впрочем, не станем все же уделять много времени разговорам о вреде для живой природы, гибели остатков древесных насаждений и серьезных неудобствах для жителей города от  ежегодных пожаров в плавнях- об этом безрезультатно говорят каждой весной. Поговорим лучше о том бесценном сокровище, которое досталось нам и которое могло бы стать, действительно бесценным, при его разумном использовании.

В более чем двухсотлетней истории Херсона, случались времена, когда камыш все же ценили. Он служил в нашей без лесной степи, дешевым, незаменимым строительным материалом, и основным видом топлива. Глина под ногами, вода,  да камыш по берегам рек, в умелых руках превращались  в жилища для людей, в подсобные помещения и сараи для животных. Камыш шел и на кровлю, кстати, достаточно прочную и устойчивую к различным природным катаклизмам, по качествам своим порой даже превосходящую кровлю из некоторых современных кровельных материалов. До сей поры в окрестных херсонских селах можно встретить эти образчики  национальной архитектурной культуры, перешагнувшие из далекого XIX, в наш XXI век. Причем, во многих случаях процессу старения подвергся лишь тонкий верхний слой камышовой кровли. Нижний же, сохранил свои природные качества.

Из камыша возводили заборы, ограждения и даже  рыболовные ловушки- коты, устраиваемые прежде в неимоверных количествах на речных мелководьях близ Херсона. Опять же, молодой камыш шел на корм и подстилку скоту.         Не забывали о камыше и в советский период нашей истории. Причем не только в самые трудные для страны моменты.

Впрочем, пожалуй, перечисляя достойные качества растения как строительного, поделочного и хозяйственного материала, нелишне будет отметить, что под этим привычным для нас общим  названием плавневых зарослей «камыш», на самом деле скрывается совершенно иное, несколько отличное от настоящего камыша,  растение- рогоз или рогоза. Подобное уточнение не играло бы особой роли в нашем повествовании, ибо мы говорим о плавневых ресурсах в общем, если бы не несколько эпизодов херсонской истории, в которых именно рогоза сыграла важную роль. Речь идет о голодных 1922-23, 1932- 1933 годах.

Открываем газету «Херсонский коммунар» за 1922 год: «В Херсоне уже стали употреблять в пищу корни рогозы растущей в плавнях. Корни эти подвергаются сушке, а затем перемалываются и в результате испеченные с небольшим количеством муки дают белый хлеб несколько сладковатый на вкус, но вполне безвредный, конечно при ограниченном потреблении». А еще из измельченных и обжаренных в духовке или на костре корней этого растения делали подобие кофейного напитка.

Кроме того, молодые цветоносные побеги мариновали в уксусе или просто отваривали в кипящей подсоленной воде и также использовали в пищу. Так, что не возможно переоценить значение этого растения в спасении жизни людей в те голодные и холодные годы.               Теперь обратимся к медицинской энциклопедии, где можно обнаружить и другие аспекты его использования: « Цветки и початки рогозы используют как кровоостанавливающее средство при внутренних кровотечениях. Сухим порошком соцветий присыпают кровоточащие раны, а пух початков, смешанный с топленым маслом, применяют для лечения ожогов и обморожений. Отвар корневищ и настой листьев употребляют как вяжущее, противовоспалительное средство при энтероколите, дизентерии и циститах, настой листьев- при сахарном диабете, отвар початков- при бронхиальной астме и т.д.».

Не обходились без этого растения и в хозяйственной деятельности:  Из высушенных волокон листьев и стеблей херсонского «камыша» некогда изготовляли грубые упаковочные ткани, получали целлюлозу, плели корзины, циновки, коврики. Стебли растений связанные в маты служили прекрасным, экологически чистым утеплителем при сооружении и оборудовании жилых зданий. Пухом початков набивали подушки и даже использовали в художественной керамике, добавляя в глину или шамот, что делало эти материалы более легкими и безусадочными. Так, что, пожалуй, в пору памятник этому растению ставить!

Уже после окончания Великой Отечественной войны, в период интенсивного восстановления народного хозяйства, камыш вновь стал крайне востребованным строительным материалом. В окрестностях Херсона шла интенсивная заготовка камыша, который на небольших, мелко сидящих речных баржах доставляли на камышитовые производства. Подобных мелких предприятий после войны было не мало в прибрежных селах, да и в пригородах Херсона. В самом Херсоне, вязкой камышовых матов для строительства занимался большой камышитовый завод на Сухарном, расположенный на высоком крутом берегу недалеко от впадения реки Веревчины в Кошевую (здание бывшей камышитки и территория завода ныне принадлежат гаражу ПУВКХ). Внизу, под обрывом, по плавневой низине был проложен канал, по которому баржами доставляли на завод сырье и отгружали готовую продукцию. Которую, как мы уже говорили, использовали в то время в основном для возведения межкомнатных перегородок и утепления потолков.

 я6
   Херсонская «камышитка». конец 1950-х годов.

 

В начале 50-х годов, камышовым матам нашли новое применение. Теперь их использовали как внутренний наполнитель при производстве бетонных плит. Получая, таким образом, утепленные строительные плиты.

Еще немногим позже, в 1956-57 годах, в Херсоне был разработан и внедрен в жизнь проект изготовления строительных панелей из прессованного камыша. Проведенные исследования показали, что стенка из панели толщиной в 14 сантиметров равна по теплопроводности стенке в 2,5 кирпича. К тому же прессованные камышовые панели обладали повышенной огнестойкостью и практически длительное время не подвергались гниению. Так, на основе первых опытов появилась идея строительства индивидуального жилья без применения дорогих древесных материалов при возведении стен и потолков, так называемый «бескаркасный способ строительства». Дорогостоящая и всегда дефицитная в нашей степи древесина, в доме нового типа использовалась лишь для изготовления дверей и окон. По инициативе заведующего Херсонским отделом коммунального хозяйства Сдобнова, на комбинате подсобных предприятий облстройтреста бал построен мощный пресс, благодаря которому всего лишь за десять дней был изготовлен комплект панелей и стропил для трехкомнатного дома размером 7х8 метров. Сборка первого опытного, полностью камышового дома на уже готовом фундаменте заняла по времени чуть более недели. По самым скромным подсчетам херсонские плавни обладали сырьевым потенциалом не менее чем в 140 тысяч тонн камыша. Из которого можно было бы изготовить 14 тысяч одноэтажных зданий с полезной площадью 700 тысяч квадратных метров, что составило бы две трети жилплощади Херсона.

Ввиду крайнего дефицита кирпича, цемента и древесины, идея  возведения сравнительно дешевого и мало трудоемкого индивидуального жилья, была воспринята на «ура». Уже в 1957 году на Карантинном острове был построен небольшой завод по производству твердопрессованных камышовых плит и камышового бруса. Интересно, что цеха завода размерами 8 х 16 метров были возведены по новому способу из прессованных камышовых плит, что позволило сократить затраты на строительство не менее чем на 80%.        Большим плюсом во внедрении различных новых технологий в то время, было то, что можно было надеяться на помощь иных, не профильных предприятий. Так в том же 1957 году для нового производства на судостроительном заводе был сконструирован и изготовлен специальный пресс для получения прессованных камышовых ферм. В то же время на консервном заводе имени 8 марта построили машину для беспрерывного прессования камышовых панелей. Детище консервщиков выдавало камышовую панель размером 14х40 см. со скоростью 4 метра в минуту.

Первые пять жилых домов построенных из прессованного камыша на Карантинном острове были сданы ко дню 40- летия Октября в ноябре 1957 года. К Новому году было построено еще два. Зато в 1958 году бригадой облремстройтреста было возведено уже более ста домов. В 1958-60 годах во многих районах области развернулось строительство бескаркасных домов из прессованных камышовых плит. Кроме применения камышовых плит в индивидуальном строительстве, новый строительный материал нашел свое применение в других отраслях народного хозяйства. Так в 1957 году в двух местных колхозах из нового материала были построены экспериментальные кошары длинной около50 метров каждая. В следующем году производство прессованных плит из камыша освоил Голопристанский камышитовый завод. К сожалению, по всей видимости, до наших дней «в чистом виде» жилые дома и иные сооружения, построенные из прессованного камыша, не дожили. Причем, виноват в этом не сам строительный материал, а изменения качества жизни.

В конце 50-х годов, кроме строительных целей, камышу было найдено и другое применение, его стали использовать в качестве сырья для получения целлюлозы. В феврале 1958 года советским правительством было принято постановление « Об использовании тростника (камыша) в качестве сырья для производства целлюлозно- бумажной продукции». А так как запасов камыша в дельте Днепра под Херсоном было предостаточно, то и новый целлюлозный завод было решено возводить в соседнем Цюрупинске. Всего лишь несколько лет понадобилось для его интенсивного строительства и уже в 1963 году впервые в СССР здесь было освоено производство сульфатной целлюлозы из камыша. Некоторое время цюрупинский целлюлозо- бумажный завод занимался переработкой исключительно камышового сырья, и лишь со временем перешел на переработку лиственной низкосортной древесины.

Вот из какого «сокровища» состоят наши плавни!

http://alsah59.blogspot.com/search?

Обратная ссылка с вашего сайта

Оставьте комментарий

145