О тайне Журавлиной страны или На память днепрянцам от древних индийцев

Написано . в . Опубликовано в История, Новости

Ничто не умирает, не превращается в прах, ни физическая материя, ни материя мысли.

Мы все знаем, что входящий в черту Новокаховского горсовета поселок Днепряны,  который стоит  на берегу  реки  напротив острова Британ, ранее назывался Британы. Интересующиеся  краеведением, наверное, слышали, что, якобы, в эпоху заселения края на рубеже 18-19-го веков сюда  отправляли ссыльных. Чтобы отличить их от местных жителей, им оббривали головы, отсюда и название поселка. Правда, при таком раскладе, то есть, если брать за основу названия  поселка русское слово «бритый», остается совсем непонятно, отчего произошло название острова? Причем гидроним  – довольно распространенный. Так, например,  на территории Великого Луга вблизи Никополя находился еще один  остров Британ. ропбропрп

А в «Описании реки Днепра от места Переволочного до Черного моря, из Батурина, генваря 20 дня 1697 году» в наших местах значится,  кроме «острова Британского ниже Голой пристани»,  и «речище Британское, ветка Британ…» (Записки Одесского общества истории и древностей, том 3, 1853 год).

Вот поэтому нет нужды долго говорить о том,  что  легенда о бритых головах  совершенно не объясняет происхождение названия Британ (островов, речища, ветки, поселка).

Название, которому тысячи лет

Оказывается, этому названию – тысячи лет. И это – память о наших далеких предках, древних индийцах – ариях. Удивительно: предки индийцев на юге Украины! Кто-то  засомневается: не слишком ли сильное допущение? Правильный ответ: нет, не слишком, потому что наши (славянские, иранские, индийские) общие предки когда-то жили  в припонтийских землях (понт – море, греч.), в нижнем течении Южного Буга, на берегах Нижнего Днепра, в Приазовье и на территории Крымского полуострова. Причем в общих чертах это известно давно.

А наименование Британ, оказывается,  тесно связано с названием арийских наемных войск бхрита и позволяет установить в древнем  Поднепровье  и Приазовье зачатки индоарийской военноадминистративной системы с её использованием найма и союзничества, принципы которой частично ушедшие индоарийские племена унесли с собой в Индостан, современный Пенджаб. То есть название нашего острова Британ (а также в прошлом – поселка Британы) – это конкретное лингвистическое  свидетельство существования регулярных войск у причерноморских ариев в глубокой древности. Невероятно, но факт: пока следы военноадминистративной арийской системы выявляются не с помощью данных археологии или письменных источников, а  только с помощью лингвистики (конкретно –  такого раздела ономастики, как топонимика).

Какой  была древнеиндийская армия?

Индоарийских племен было множество, и все они вели постоянные войны между собой и с чужеземцами, во главе каждого стоял раджа – военный вождь и предводитель, имевший свои военные силы.

Древнеиндийская армия имела различные источникиBhagvat_Geeta_Updesh_2 формирования, структурно –    несколько подразделений. Это, во-первых, «наследственные» войска (маула), состоявшие из кшатриев (одной из двух высших варн в Древней Индии), наиболее квалифицированные. Это, во-вторых, «ополченческие» войска (шрени) из  городских ремесленников, представителей общин, привлекавшихся для службы   в пехоте, для защиты родных мест от вторжения (в  настольной  индийской игре чатуранга, ставшей прообразом шахмат,  – это пешки, к слову, русское слово шеренга – это др.-инд. шрени-анга).

А еще это  «союзные» войска (митра), предоставляемые соседями (племенами, государствами). И, самое главное для нас в исследовании названия Британ, – это «наемные» войска (бхрита),   то  есть  речь идет о термине, который   нас наиболее интересует. Бхрита состояли  из профессиональных воинов  случайного происхождения, иноземцев. По профессиональному уровню  бхрита не уступали  наследственным войскам кшатриев, получали жалованье. Так вот, целые индийские племена служили, например, в регулярных греческих и римских войсках. Особенно популярны были наёмники из меотского Приазовья (меоты, синды – древние индийцы), то есть оттуда, откуда родом сказочная Баба – Яга, воюющая с Полянином,  – в более позднее время  протоиндийцы переместились из Нижнего Поднепровья в Приазовье, где шведский географ 18 века Тунманн отмечает среди прочих синдо-меотских племен загадочное племя британни (буртани). И можно лишь попробовать в этом случае осторожно поставить вопрос: а не это ли племя дало название наемным войскам  индоариев по причине пристрастия всей мужской части зарабатывать на жизнь, продавая свое воинское мастерство всем, кто его купит? И второй вопрос, ответ на который мы не знаем: а не проживало ли до Приазовья племя британни на Нижнем Днепре, оставив следы своего пребывания в приднепровских местах в виде топонима, загадку которого мы пытаемся разгадать?

Ну а если продолжать перечислять подразделения древнеиндийской армии, то следует сказать: были еще амитра («перешедшие от врага» вследствие военных неудач), самые ненадежные (идея войск амитра, к слову,   используется в японской шахматной игре сеги, что делает ее уникальной, –  убитая фигура переходит  противнику и он выставляет ее как свою). Ну и последнее – «лесные» войска (атави) – проводники, разведчики, партизаны.

К слову об упомянутой нами чатуранге – это военная игра, как и шахматы, ее игровой комплект символизирует армии, а процесс игры – военную кампанию союзных войск.

Воинская самоотверженность в представлении праиндийцев

Арии, которых связывают с ямной и катакомбной  археологическими культурами (по типу захоронения),  были весьма воинственными. Были не одним народом, а большой группой племен. Некоторые объединялись в союзы, некоторые враждовали друг с другом. При раскопках находят боевые топоры, мечи, копья,  защитные панцири, наконечники стрел с шипом, чтобы труднее было вытащить его из раны.  Имели бронзовое оружие и доспехи.

Основой воинской самоотверженности и героизма древних индийцев была зародившаяся в  наших северопричерноморских землях   вера в бессмертие души,   периодичность ее телесных возрождений. Воплощалась она в  арийской триаде Гандхарва –Праджапати–Вирадж (предтече христианской троицы), связанной с брахманскими учениями о карме и йоге. Исконный идеал –  Индра (это основа современного имени Андрей), ведущий персонаж  созданного в наших краях сборника гимнов Ригведа. Основной миф Ригведы: герой Индра отвоевывает у змея Вритры зародыш новогоднего мироздания Валу, раскалывает его своей чудодейственной палицей-ваджрой и выпускает наружу весенние воды, солнце, стада. Речь идет о мистериях, приурачиваемых к весеннему равноденствию.

«Индоарика» академика Трубачева

А узнали мы об этимологии названия Британы и не только  благодаря открытиям выдающегося русского филолога  академика Олега Трубачева (1930 – 2002 г.г.). Этот ученый, “отец русской этимологии”, владел более  50-ю языками, в том числе древними, «мёртвыми», а кредом его жизни стали слова:  «Нет дела почетнее и труднее, чем дело раскрытия истоков, питающих наше самосознание». Он знал, что язык  –  самый правдивый источник и свидетель истории народа.dibQQHv9bNE

Колоссальная эрудиция выдающегося учёного-лингвиста позволяла ему как бы снимать «одёжки», различные наслоения времени со слова и вскрывать его изначальное значение.

Путешествия в глубины истории под водительством Трубачёва, умевшего реконструировать языковые реликты,  более чем увлекательны.

Следует отметить,  что, кроме вещественных памятников (как, например, в наших краях – “степных пирамид”) есть еще памятники языко­вые: древние названия местностей, рек, островов, гор и т. д. Они пере­давались от народа к народу, переходили из эпохи в эпоху,  конечно,  не без того, чтобы более или менее искажались, заменялись дру­гими. Всеми ими занимается лингвистика — “наука о языке”. Подобно археологам, лингвисты “раскапывают” слои ушедших времен, восстанавливают былое,  но не по обломкам статуй или сосудов, а по словам и стоящим за ними по­нятиям.

Вот так  и академик Трубачев поставил перед собой сложнейшую задачу реконструкции реликтов языка местного индоевропейского синдо-меотского населения  Северного Причерноморья. Его  фундаментальный труд, над которым он работал около 20 лет, – «Indoarica Северного Причерноморья» – стал исключительным явлением в мировой индоевропеистике, принес ученому мировую известность. Его великое открытие заключалось в том, что на юге Русской равнины было обнаружено присутствие одной из ранних форм индоарийского языка, хотя   древние арии со временем освоили пространство от Северного Кавказа до Закарпатья, Дакии и Трансильвании. Он исследовал связи и различия между индоарийским и иранским языками в  нашем ареале, кроме того, обозначил связи   языка «причерноморских ариев» с северокавказскими, тюркскими и, что особенно важно, славянскими идиомами. Наши предки славяне вышли к берегам Чёрного и Азовского морей в V-VI вв., когда  ещё существовали древние  греческие боспорские города, и синдомеотский, то есть индоарийский элемент в них ещё не совсем угас, утверждал академик.

Именно благодаря Трубачеву индоарии Приднепровья, синды и меоты Приазовья, тавры Крыма «заговорили»на индоарийском диалекте – пракрите (последние – это те,  кто дал имя полуострову Таврия, Таврика, Таврида, а нашим землям – Северная Таврия, так что своим названием знаменитый коньячный завод Новой Каховки обязан древним индийцам и, возможно, отблагодарит индоариев серией замечательного напитка соответствующего названия). К слову, пракрит не тождественен классическому индийскому и искусственому санскриту.

Трубачев открыл нам одну из ранних форм индоарийского,  остававшуюся неизвестной, но присутствовавшую в качестве неопознанных следов в нашей речи, в наших географических названиях.

Просто академик отличался удивительным умением прозревать искомое “индоарийское” в греческой, латинской, севернокавказской, тюркской, славянской “упаковках” и  умел эффективно  пользоваться семантической типологией,  когда семантическая структура переживает даже полную смену языков!

Составленный  ученым с помощью учеников Этимологический словарь “причерноморского” индоарийского языка занимает более 130 страниц и включает в себя сотни слов.

Племена  буртанни и город Абританы

Ну а теперь продолжим расшифровывать название Британы, хотя идентификация субстратных реликтов – дело сложное, поэтому сформулировать: почему острова,  днепровская ветка, речище в наших местах получили название, тождественное обозначению наемных войск у древних индоариев, – нелегко.

И все же: этимологию слова Британы, считает академик Трубачев,  можно попробовать вывести из br(i)ta-l: Britani, местность на Боспоре Киммерийском, о котором мы знаем благодаря Равеннскому Анониму (автор из  итальянской, принадлежавшей в то время Византии Равенны, написавший  в 700 году н.э. географический справочник «Космография», –   очень ценную для исследователей  книгу, в которой   перечисляются  города Боспора Киммерийского, древнегреческого царства, возникшего  на Керченском и Таманском полуостровах; имя его осталось неизвестным, отсюда  условно   –   Равеннский Аноним).101498700_Bospor_2

Дальше – уже упоминавшееся  обозначение   буртани (британни) – название  племени, зафиксированное Тунманном, и  еще дальше, по схеме ученого, эта цепочка тянется к нынешнему, интересующему нас названию острова на Днепре Британ.    Академик со знаком вопроса предлагает сравнить нам эти названия с  древне-индийским bhrita- «наемный». С этим этнонимом, рассуждает Трубачев,  перекликается равным образом неясное название в перечне боспорских городов – Britani, Abritani у Равеннского Анонима. Привативный характер (начальное А- второго названия Абританы  – Абритани, по Трубачеву,    осмысливается как «не-», то есть отрицание),  может получить объяснение как вторичное наращение имени. Построение здесь такое: br(i)ta- «наемный, наемник»; Britani, боспорский город? (Равеннский Аноним); бриттани, буртани, буртаны, названия племени (Тунманн);  остров Британия; о-в Британ на Днепре (Эварницкий ); Британь (Семенов-Тян-Шанский, Россия); Британы, местное название на реке Конке, Алешковского уезда; Британ, левый рукав Днепра. И все эти географичсекие названия сравнимы с  др.-инд. bhrita- «наемные (войска)».

В этой связи, отмечает исследователь, обращает на себя внимание местное название на Боспоре Eteobroton, которое зафиксировал  Равеннский Аноним, –  явная транслитерация греческого Έτ£θ-Βροτον, что целесообразно понимать, считает академик, как «подлинные (истинные) brta-.» Можно далее,   рассуждает Трубачев, предположить, что греческая форма есть частичный перевод индо- арийского rta-br(i)ta- «настоящие наемники».

Название Eteobroton на Боспоре по сравнению с Britani, полагает лингвист, явно гибридно – из греч. етео- «подлинный» и др.-инд. bhrita- ‘наемный’.

Следует пояснить:  переселившись из Приднепровья на Тамань (Синдику),  древнеиндийские племена проживали в определенной последовательности. Так вот,  за следующей за Синдикой Минтаной («основное», «главное место»), дальше до современного Приморско-Ахтарска Тунманн отмечает наличие очень интересующего нас особого народа буртани или британни, с чем, по Трубачеву,  нельзя не соотнести  достаточно древнее название одного из городов Боспорского царства, – Британи – Абританы.  Уберите префикс а-, (как мы отмечали, древнеиндийскую отрицательную частицу а-) и получите бывшее название поселка Днепряны –  Британы.

Напомним:   в последней четверти  5 века до н.э. на Таманском побережье  сложилось древнее государство индоариев. Оно  именуется Синдикой. Впервые Синдику упоминает античный поэт  Гиппонакт из Эфеса еще до нашей эры. Государство синдов  управлялось династией синдских царей. О древней государственности синдов  свидетельствует высокий уровень социально-экономических отношений, наличие городов и неукрепленных деревень, серебряная монета с надписью «синдон».

Греки-колонисты вступали в активные взаимоотношения с синдами, отсюда – эллинизация последних. В 480 г. до н.э. синды входят в образовавшееся на Керченском полуострове и, частично, Тамани,  Боспорское  греческое царство с центром в Пантикапее (Керчь). Восточная Синдика оставалась независимой до   4 века до н.э., когда  была окончательно присоединена к Боспорскому царству.  Но  обитавшие в приазовских степях и бассейне Кубани меотские племена сохраняли независимость.

«Героическое» место на Ингульце

Мы живем в крайне сложном ( это относится ко всему Северному Причерноморью) этнолингвистическом регионе, где  очень долго оседло проживали “старые арии” (индоарийцы). Когда часть индоариев  отправилась в дальнюю миграцию в Азию, оставшиеся постепенно ассимилировались,  растворившись в “скифах”, “Скифии”. Этот процесс хоть и не  носил тотального характера,  но оставил на своем историческом пути реликты особого языка индоариев.

И  топоним Британ – отнюдь не единичный пример. Как мы привыкли к названию села  Тягинка, мимо которого ездим в Херсон!  И не догадываемся, что  имя этого украинского  поселения  – также  из эпохи древних ариев! 96_big

Так,  рассказывает Трубачев, все тот же Равеннский Аноним, перечисляя города Боспорского царства,  упоминает  название Тягин (Tegine, Teaginenu), которое  исследователь толкует с помощью др.-инд. прилагательного tyagin,  что означает «самоотверженный», «герой».  Речь идет о  населенном пункте вблизи Керчи. В новое время  поселок назывался Эльтиген (Эльтегень, Елтиген) –   он прославился героизмом советских воинов во время десанта в годы Великой Отечественной войны. По Трубачеву, слово – едва ли тюркское, за исключением начального el- (тюрк.), что  означает  «община». После войны поселок  переименовали – он стал называться Героевка, чем достигнуто, подчеркивает академик,  случайное, хотя и удивительное совпадение со значением древнего этимона. Так вот, продолжает Трубачев, в низовьях Днепра в 1492 г. упоминается замок Тягинъ, в других источниках Tiahinia. Это не славянское, считает он,  а более древнее название, индийское tiagin: Teaginem, Tegine, равнозначное  Эльтигену, месту на Боспоре Киммерийском по  Равеннскому Анониму. Этимология по Трубачеву  здесь такая: tiagin –  «приносящий жертву, жертвенник». Это и есть  объяснение названия построенного в низовьях Днепра   замка Тягинъ (1492 г.), то есть  Tyahinia, Тягинка, Тягинский, на карте Риччи Занони – город Tiahinka. Для сравнения: др.-инд. tydjati «оставлять, отдавать», особенно характерное прилагательное на –intyagin «отдающий, жертвующий”. Правда, академик не настаивает на бесспорности своей версии, оговаривая, что требуется также изучить характер близости др.-тюрк. tegin, обозначающего владетельный титул. Во всяком случае о бытующем в краеведческой литературе объяснении названия крепости, а потом села  из слова «тягенек» – «терн», кусты которого якобы  пять столетий тому, когда турки строили здесь замок, произрастали в том месте в изобилии, академик не упоминает. Судя по всему, турки использовали название, бытовавшее здесь со времен индоариев.

Скифская Синдика

Оказывается, те места, в которых мы живем, – это Скифская  Синдика.  Так наши земли (низовья Днепра и Южный Буг с примыкающей территорией) были названы Плинием (Scythia Sindica).По Геродоту это – Старая Скифия, отчасти совпадающая с древнерусской Великой Скуфью. В Скифии во времена Геродота существовали остатки индоарийского населения (после ухода  большей части последних на юг через Дербентский проход). К слову, индоарии, отправляясь в дальнюю миграцию, уже знали этот путь и конечную цель. Об этом говорят культурные связи между Северным Причерноморьем и Индией и импорт в обратном направлении. Примеры такого рода известны. Находки на Украине, на реке Роси, в могиле скифского времени раковин каури с Индийского океана и аналогичные находки в Крыму I тысячелетия до н.э. могут свидетельствовать об этом. Таким образом, тесные культурные связи в сарматскую эпоху между Северным Причерноморьем и Северо-Западной Индией– доказанный факт. Речь идет о том, что наши края – составная часть Причерноморской, Припонтийской Индии. Так что когда мы в русских сказках читаем о поездках на телеге в королевство Индия, то следует понимать, что речь идет не о гиперболе и не об Индостане, а о приднепровских, приазовских степях и полуострове Крым.

Классическая реликтовая зона

В течение первых веков новой эры Северное Причерноморье, несмотря на многочисленные разорительные нашествия, оставалось самым развитым, цивилизованным местом восточной Европы. Здесь полиэтничная черняховская культура, значительной составляющей которой являлись славяне, ассимилировала остатки индоарийского и иранского этносов.

Под впечатлением готских войн, переселения народов, гуннских и тюркских нашествий, от которых страдала эта земля, ученые неохотно верят в возможность здесь непрерывного этногенетического процесса и даже сохранения остатков языка. Нас учили: нашествие готов, гуннов, монголо-татар надолго опустошило эти края. На самом деле это не так. Это безусловно: дальнейшая жизнь имен и слов в Северном Причерноморье продолжалась  с античной эпохи вплоть до славянского, русского языка. И это – второе величайшее открытие академика Трубачева.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

И  именно здесь таится многое нераскрытое для истории языка, как и для истории вообще, потому что пребывание в наших краях индоарийцев  не осталось без следов в меняющейся и многосложной ономастике региона.

Мы живем недалеко от места, которое для Геродота в его скифском рассказе было как бы центральным в Скифии. Такой срединной точкой Скифии ему представлялась Ольвия, город у впадения Южного Буга, торжище борисфенитов, изрезанная береговая линия, Кинбурнский полуостров, “Лесная страна” Гилея, далеко вдающаяся в море,  – это для Геродота как бы  центральное в Скифии, то есть в Скифской Синдике. Оно не случайно напоминает Таманский полуостров и дельту Кубани (Приазовскую Синдику). Давно замечено, что это классические реликтовые зоны.

Таким образом мы ведем речь о собственно Синдике на Таманском полуострове, меотском Приазовье, таврском населении Крыма и Старой Скифии (Геродот), она же Синдская Скифия (Плиний), примыкающая к Таврике с северо-запада, она же Журавлиная страна.

Конка, не имеющая отношения к коню

Почему наши края, Синдскую Скифию, индоарии называли Журавлиной страной?

Ключ к этой ономастической загадке – название притока Днепра, речки Конки. Так вот,  тождественность гидронима Конка  русскому слову «конь» к реальности не имеет никакого значения (как и  названия Британы к бритым). По Трубачеву, в исследовании этимологии названия днепровского притока нужно исходить от  ольвийского декрета в честь Протогена (III-II вв. до н.э.), в котором  в первый (и единственный) раз  упоминается название местности Канкит. Как пишет в своем  исследовании академик, комментаторы локализовали Канкит на левом берегу Южного Буга или – что,  по его мнению, гораздо более приемлемо, –  нужно искать Канкит в районе нижнеднепровских плавней и течения реки Конки, вплоть до интуитивного этимологического отождествления названия последней и Канкита. Во времена Протогена городу Ольвии грозили различные внешние враги и вообще – сильные соседи; одним из них (как рассказывает названный декрет) был царь племени саев Сайтафарн, который явился в упомянутый Канкит с требованием “даров за проход”. В благодарственном декрете Протогену говорится, что Сайтафарн с очередным требованием пришел “на другую сторону (реки)”.

Трубачев пишет: «Мы склонны вместе со старыми исследователями считать, что Канкит и то место “за рекой” означают одно и то же». Речь идет о свидетельстве Плиния, а также  комментатора и компилятора Солина: “В части, которой владели скифы-пахари, упоминают иногда город Геранию (варвары называют (его) Какитон, откуда, рассказывают, пигмеи были изгнаны журавлями”. Значение свидетельства Солина делается особенно очевидным, когда мы обратимся к соответствующему месту Плиния: “Всю эту полосу имели в своем владении так называемые скифы-пахари. Их поселения: Афродисий, Либист, Зигере, Рокобы, Евмения, Парфенополь, Герания, где, как говорят, было племя пигмеев; варвары называли Геранию Катиз(ы) и полагают, что пигмеи были изгнаны журавлями”.  А теперь вспомним миф о битве журавлей с пигмеями или карликами, поскольку он оказывается приуроченным к  нашему району и названию, хотя  вообще-то повествование о битве журавлей с народом маленького роста существует  в пяти индоевропейских литературах – греческой, латинской, санскритской, среднеперсидской и древнеармянской. Правда, самостоятельность всех этих различных упоминаний маловероятна. Нам же интересна первоначальная локализация сюжета о журавлях и пигмеях (иначе – змеях, иноплеменниках). Так вот в Индию этот сюжет индоарии принесли с собой из прежних мест обитания. Здесь самый подходящий момент вернуться к реликтам ономастики Северного Причерноморья. Только в Северном Причерноморье, в земле скифов-пахарей нам известен,  пишет Трубачев, помимо легенды, еще и город под названием Gerania, «Журавлиный (город)». А его туземный эквивалент  – Какитон. Мы понимаем Какитон (Κάγκυτον), рассуждал Трубачев,  как *kank-uta~, сложение слов, этимологически тождественных др-инд. канка-м.р. «цапля», и др.-инд. iita-, прич. прош. в.,  страд, от αν-, dvati  – гнать. Правда, возможна, конечно, и другая этимология древнеиндийского слова, оговаривается ученый.

Думается,  продолжает исследователь, что наша этимология топонима  Какитон – Κάγκυτον (а также – в связи с ним – гидронима Конка) в Нижнем Поднепровье свидетельствует о том, что индоарийцы пришли в Индию, уже имея слово  «канка». Вообще-то название цапли в разных языках происходят либо от обозначения ее резкого крика (например, немецкое  Reiher), либо от особой манеры передвигаться на высоких ногах, как слав. capati. Названия журавля отличаются большей древностью:  индо- европейские (диалектные) названия журавля  –  ger(a)nos, gomios, gerdijos, genls (с вариантами). Важно:  в ряде языков названия для журавля и цапли совпадали, смешивались, потому   что древние индоевропейцы, скорее всего, строго не различали этих птиц. На этом основании Трубачев и  толкует реконструированное  субстратное севернопричерноморское выражение kank-uta- как «изгнанные журавлями». Его вывод:  «Наша гипотеза об индоарийском происхождении топонима Κάγκυτοv/Cacython Какитон представляется довольно обоснованной лингвистически, географически и исторически». По  его предположению географически местность kank-uta- располагалась,  скорее всего,   в левобережной части Нижнего Поднепровья. Главный днепровский приток этой плавневой зоны – река Конка, название которой  академик отождествляет с местным индоарийским названием птицы канка –  «цапля».  Он считает, что подобное утверждение   не должно удивлять, потому что с древних времен эти места известны как страна журавлей и цапель. Так, в схолиях к победным одам Пиндара упоминается “так называемый Белый берег на Евксинском Понте (др.-русск. БЪлобережье в устье Днепра!), на котором множество цапель, виднеясь оттуда, указывают его мореплавателям».

Загадочный Канкит, уцелевший почти чудом в одной-двух записях, успел нам рассказать довольно много. В отличие от забытого Канкита,  резюмирует академик, этимологически родственное ему название реки Конка (иные объяснения этого гидронима, например из тюркского, менее вероятны) сохранилось по сей день почти невредимым, как это случается в пограничных этнолингвистических зонах.

Согласно Трубачеву, со стороны внутренней формы дух преемственности названия живет и в таком, например,  имени населенного пункта, как Чаплинка,  расположенным между Нижним Днепром и Каркинитским заливом, к северо- востоку от Каланчака.

Но эпизод с Канкитом и его индоарийской этимологией на этом не кончается, поскольку нельзя не сказать еще об одной перспективе, которую открывает его этимология. Реконструкция индоарийских названий kanka- «журавль, цапля» и kankuta- «изгнанные журавлями», как кажется, неожиданно проясняет принадлежность и происхождение геродотовского Герро, названия  загадочного района по реке Конка, не выше днепровских порогов, и, возможно, одного из названий самой реки Конка – здесь,  в Геррах, скифы, по своему обычаю, хоронили царей. Историки уже не одно десятилетие ищут эту загадочную страну – Герр. Так вот, «журавлиная» семантика этого реликта, по Трубачеву,  подкрепляется соседством семантически первоначально близких, а также смежных (или тождественных?) территориальных названий Gerania (Герания) из греч. «журавлиная» (Плиний), а также Γέρρος (Геррос).pic_129

Настойчивость журавливой темы подсказывает конкретное решение, а именно: Геррос – это первоначально киммерийское gerr- «журавль»  с чертами эволюции языка фракийского типа. Сосуществование  топонимов gerr  и kank-uta- на небольшой территории  свидетельствует, отмечал Олег Николаевич, киммерийско-индоарийскую встречу.

Таким образом можно предположить, что “Старая Скифия”, то есть Синдская Скифия  совпадает с  “Журавлиной страной”, следы и отражения которой наблюдаются в Gerania (греч.) «журавлиная» и в названии Канкит – индоар. kank-uta.

Это то место, где  скифы, явно пользовавшиеся топонимом, доставшимся им от  синдо-меотов, хоронили своих умерших царей и их жен. Именно здесь  археологами исследована «золотая» цепь курганов, найдены мирового значения выдающиеся произведения искусства, созданные в «зверином» стиле. Безусловно, эти находки, главная тайна Журавлиной страны, которая еще далеко не  вся исследована.

Таким образом, вывод: следы пребывания древних индийцев в наших краях – довольно многочисленны, нужно лишь уметь распознавать их.

Каменистые Цукуры?

В качестве еще одного примера давайте вспомним название села Цукуры, расположенного  по дороге в Крым. Вот как читает это название академик Трубачев: sarkar- «камень, скала»; sacrium  – скифское название янтаря (бел-горюч камень из  русских сказок под названием Алатырь, он же янтарь, оказывается,  хранился в наших местах в низовьях Днепра), далее, возможно, сюда же относятся  Сокур, Цукур(ов)ский лиман, Soukour, Цакурка, ср. др.-инд. sarkara «мелкие камешки, гравий, галька», с которым уже давно сближали “скифское” sacrium. Сюда принадлежит и Sukkur на реке Инд  в Индостане – пракритизм в отношении к sarkara  и вместе с тем близкое к приднепровским, а также таманским названиям Сокур, Цукур.

Ну а если продолжать перечислять древнеиндийские  топонимы, то, навскидку,  – это Алушта, Ялта,  Кавказ, Ингул, Ингулец, полуостров Тарханкут и прочее, прочее, прочее.

Кто такие индоарии?

Наверное,  рассуждая о языковых реликтах древних индийцев, следует пояснить: а кто же такие арии?

Историки рассказывают: около  15 тысяч лет  назад закончился ледниковый период, и началось формирование протоиндийских племен. Считается, что  арии – это самоназвание древних племен, которые в середине IVтысячелетия   до нашей эры зародились в низовьях Днепра. Произошли от  более обширной и древней общности  индоевропейских племен, прародиной которых была Малая Азия. Дело в том, что  здесь  около 6200 года до н.э.  случился демографический взрыв из-за перехода от  присваивающего (собирательство и охота) к производящему хозяйству (земледелие и скотоводство). Вот поэтому центр древнейших индоевропейцев переместился в Подунавье, а затем в Поднепровье.   Предыстория народа – долгая: индоевропейцы,  якобы, создали  древнейшее на Земле государство – священную страну земледельцев Аратту, первобытно-коммунистическое государство, возглавляемое священнослужителями (первобытной интеллигенцией). Подобно последующим славянским  волхвам или индийским брахманам власть той элиты зиждилась не на принуждении народа,  а на самоотверженном служении его интересам. Не исключено, что Аратта и трипольская археологическая культура – это одно и то же ( рубеж 5-4 тысячелетия до н.э.).

В 4 тысячелетии до н.э. Аратта начала прокладывать путь на малоазийскую родину из Поднепровья через Крым, Приазовье, Кавказ, двигаясь стихией кочевых скотоводов, что могло быть обеспечено не воинской силой, а вдохновенным словом  жрецов-родоначальников арийских брахманов – высшей касты, ставшей над воинами-кшатриями, общинниками и торговцами (вайшьями), крестьянами и ремесленниками (шудрами). К слову, подобная иерархия общества сохраняется в Индии и на Тибете.

Это они, древние арии,  первыми когда-то, как описано в «Ригведе», приручили непокорного коня, изобрели колесо и смастерили первые в мире телеги и, как следствие, самое грозное вооружение того времени, – боевые колесницы, на которых и ушли со временем  в Индостан, двигаясь от границ Кавказа, через Волгу и Урал, Афганистан к современному Пенджабу.

Воинственные степняки навсегда оставили след в античной мифологии. Именно они стали прототипом кентавров, ведь балканским народам, которые к тому времени не знали лошади, жители Северного Причерноморья казались сверхъестественными существами.

В наших краях задержались позднее ассимилированные другими народами остатки одного из пяти арийских пле­мен, ушедших из Причерноморья в Индию. В пользу такого предположения свидетельствовало тождество наименований: Инд, давший название стране, означает по-арийски “река”, а синды (инды) — “приречные”. К тому же один из древнегреческих авторов недвусмыс­ленно пояснил: “Синды — индийское племя”.

В середине 50-х годов прошлого века  археолог В.Даниленко ус­тановил, что древнейшие из приписываемых индоевро­пейцам следов — курганы и шнуровая орнаментация посуды — появились сначала в Нижнем Поднепровье. Ну а с середины 70-годов ХХ столетия систематически выходят рабо­ты  Олега Трубачева по индоарике Северного Причерно­морья, основные положения которых мы пересказали в этой статье: “О синдах и их языке”, “Лингвистическая пери­ферия древнейшего славянства», «Индоарийцы в Северном Причерноморье” и другие. Развивая   выводы предшественников о северопри­черноморской прародине ариев и их частичном пересе­лении в Индию,  Трубачев проанализировал все сохранившиеся письменные источники и установил, что первоначальной территорией обитания прикубанских синдов-индов было Нижнее Поднепровье, где древние греки еще застали данд-ариев (“камышовых ариев”).

Удивительно, но факт: трудно сказать, почему в 1946 году Британы переименовали в Днепряны (ради благозвучия, что ли?), но переименовщики недалеко ушли от арийской основы топонима, потому что Днепр во времена “степных пирамид”, то есть во времена древних индийцев,  именовался Индом (или, в ином произношении, Синдом). Название Днепр (“река”)  таким образом означает буквальный перевод древнего Инда или Синда иранцами, которые тоже были ариями, но более «молодым» народом.

Переселенцы несли с собой не только привычный уклад, но и привычные  наименования местностей. Так, Синд и Куб­ха (“река” и “приток”) с низовьев нынешних Днепра (бывший Синд) и Южного Буга (когда-то – Кубха) перекочевали сначала на Дон (Синду) и Кубань, а затем стали Индом и Кабулом в Северо-Западной Индии; река Кабул осталась и в Афганиста­не — в одной из областей продвижения ариев.

В Причерноморье и в Индии  – немало сход­ных по звучанию и тождественных по смыслу назва­ний, причем не только отдельных, но и в тех же сосед­ствующих сочетаниях: Синду (“река”), Силис (“соле­ный”), Сокур (“каменистый”) и Синдху, Силас, Суккур. Лесистые, изобилующие камышами местности и здесь и там назывались Дандака.

Вера в Вишну зародилась в припонтийских землях

И вот еще такая интересная подробность из древней истории нашего края, причерноморских степей: по Трубачеву, начало инду­истических верований датируется  временем обитания индоариев в Северном Причерноморье, то есть индуизм, вера в бога Вишну зарождалась в Северном Причерноморье.

Именно в наших степях, как мы уже отмечали,  начал складываться сборник гимнов “Ригведа” — древнейшая из священ­ных книг индуизма и основной источник по истории и мировоззрениям ариев, который включает 1028 гимнов, разделенных на 10 циклов. Большая их часть начинается обращением к Агни — “огню”. Ему, без которого невозможно жертвоприноше­ние, посвящен и самый первый гимн. А последний, итоговый, призывает:19617490

Единым (да будет) ваш замысел,

Едиными — ваши сердца!

Единой да будет ваша мысль,

Чтобы было у вас доброе согласие! – этим словам тысячи лет, а как актуально они звучат в наши дни!

 Итак, утверждают ученые,  индоарии – это народ скорченных погребений, солярного культа,  выложенных камнями кругов, положения покойников головой на юг, посыпания их охрой.

По Юрию Шилову (украинский археолог, кандидат исторических наук), арийские племена  в середине  2-го тысячелетия до нашей эры  ушли  из  прадавней Руси (Расы, Раши) в далекую Индию. Их следы остались в виде старинных курганов вдоль старинных дорог и на берегах древнего Синда или Инда (Днепра). Это, например, Высокая Могила у Староселья  у нас на Херсонщине, где, признается Шилов,  ему удалось расшифровать мифы, о которых и рассказывают «пирамиды степей»,  курганы у Сиваша на Чонгарском полуострове, змеевидные конструкции в курганах у Чаплинки – уникальный комплекс  из двух соприкасающихся  насыпей; курган у Скворцовки Каховского района и у Малой Белозерки.Они свидетельствуют о том, что здесь, в наших краях,  областях, прилегающих к Днепру, зарождалось  индоарийское учение. Кстати, украинское слово «майдан» досталось нам в наследство от наших предков древних ариев и означает «место, где собираются люди для получения силы». Считается, что с культом Шивы индоарийцы познакомились лишь после прихода в Индию,  но некоторые  элементы этого культа (Шива-Рудра повелевает армией злых духов) в преломленном виде принесены индоарийцами в Индию из Северного Причерноморья.

Мифы, заложенные в конструкциях курганов, различны. Например,  олицетворение змея Шешу, поддерживающего собой Вселенную. Он   служит ложем  для главного создателя Вселенной богостранника Вишну. Вставая каждый Новый год с этого ложа, Вишну отправляется странствовать по трехмерной Вселенной, создавая тем самым пространство и время. Наши курганы скрывают величайшую тайну арийской культуры и наиболее полно воспринявшего ее индуизма.  Тайна, запечатленная в курганах, состояла в том,что индоарии   предугадали пульсацию Вселенной:  речь идет о цикличности, зарождении и гибели Вселенной от огня, испускаемого змием.

Что обнаружили ученые в курганах? Например,  у  села Скворцовка были совершены обряды ашвамедха и пурушамедха – жертвоприношение коня и человека. Это археологическая срубная культура. В Чонгарских курганах обнаружился доселе неизвестный миф о начале «дня Брахмы», когда уцелевшие в испепелившем Вселенную пламени Вишну и Шеша начали новое мироздание. С учения о «дне Брахмы», как считают специалисты, начинался индуизм, который сложился в Индии спустя примерно тысячеление после того, как на полуостров Индостан переселились арии из Азово-Черноморских степей, когда формирование змеевидных образов, божеств со стопами и посохами, огненных ритуалов началось еще до возникновения первых курганов, – по крайней мере в 4-м тысячелетии  до н.э.,  в эпоху зарождения древнейших государств Шумер и Египет.  У нас, в междуречье Дуная и Днепра, особенно в  среднем течении Южного Буга, началось становление государственности, возникали огромные по тем временам поселения численностью до 20-30 тысяч человек, площадью в 300-500 гектаров, 2-3-этажными домами. Их обитатели имели письменность и  обсерватории  календарно-культового назначения.  Не исключено, что это были трипольцы. Но их  цивилизация не состоялась из-за переложного земледелия (после истощения земли поднималась новая пашня, а селения сжигались). На  Чонгаре недалеко от курганов, исследованных Шиловым, найдено поселение трипольской культуры, причем периода больших  поселений. Именно здесь, какмы уже отмечали,  зарождалось учение о бессмертной душе. Не случайно индоарийские Вишну и «вис» (община, поселок, освоенная территория) родственны славянскому «веси». Недаром еще совсем недавно жители Поднепровья хранили предание о роде брахманов, которые унесли на восток великую мудрость.

Древние каналы – прораны

Зададимся вопросом:а почему древнеиндийские  названия в Причерноморье сумели пережить не только века, но и тысячелетия? Оказывается, древнеарийское население характеризовалось очень длительной оседлостью и высоким уровнем земледелия. Доказательство – наличие в наших краях  (удивительное дело!)  многочисленных каналов (водоотводных и оросительных).  Дело в том, что Древнее Поднепровье, географическая среда которого постоянно менялась,  отличалось большим  количеством рек, заболоченностью  и, как следствие, –  каналами. Так что наш Северо-Крымский или Каховская оросительная система – отнюдь не новация нового времени.

По сообщению Страбона (I в. до н. э.) и Плиния (I в. н.э.) в Синдской Скифии, то есть в низовьях Южного Буга,  к востоку от Днепра и к северу от Крыма, а так же на нижней Кубани издавна строили искусственные каналы – очень старый атрибут Жравлиной страны и ее культуры, они были старыми еще в I веке до н.э.,  о чем  и свидетельствовал Страбон.

“Фарнак, говорят, однажды отвел даже течение Гипаниса (теперь – Южный Буг) к дандариям (то есть камышовые арии, жили в низовьях реки) через какой-то старинный канал, который он расчистил, и таким образом затопил их страну”- свидетельствовал древний автор. Дандарии также  жили в низовьях Днепра (район нынешней Тендровской косы),  плавнях кубанского правобережья,  где   оставили памятник своей мелиоративной деятельности – сеть каналов.

А вот свидетельство Плиния Натуралиста о возведении, скорее всего, обводнительных каналов: “Гипанис (Южный Буг) течет через (земли) скифов-кочевников и гилеев по рукотворному руслу в Бугес, а по естественному в Корет. Область называется Синдская Скифия”.

Здесь даже в те незапамятные времена занимались садоводством (под сады использовались, видимо, предварительно осушенные или орошённые земли).

Каналы инды называли  «gand – aur», что дословно можно перевести как «проран».  Это слово, перешедшее в русский язык, – лишь одно из бесчисленных доказательств того, что элементы языка в нашем очень сложном в языковом отношении  районе, трансформируясь, сохраняли  свою преемственность, поэтому поиски синдомеотских (индоарийских) языковых остатков в Северном Причерноморье привлекают перспективой восстановления фрагментов древней этнической истории и исторической географии. Когда лингвист берется за решение подобных задач, он, пожалуй, особенно остро чувствует, что работает не столько для лингвистики, сколько для обширной исторической науки, для познания прошлого.

Арийская Русь

Лингвистическая разведка времен древних ариев принесла нам уникальное открытиеТак, предположения  об индоарийско-славянских культурных и языковых контактах, ориентированных на Старую Скифию Геродота,  дали нам доказательство, сформулированное еще советскими историками, –  то, что название Русь шло и распространялось не с севера на юг, как нас учили в школе,  а с юга на север, т.е. тем же магистральным днепровским путем, которым вообще шло начальное освоение нашей Родины нашими предками- славянами.

В названии «рос» (VI в.) отражено, возможно, индоарийское (праиндийское) «рукш», или его диалектный, народный вариант «русс». Итальянские старые карты знают на берегу западного Крыма название Россатар, которое мы, говорит Трубачев, читаем с помощью древнеиндийских данных как “Белый берег”. Так, еще Татищев  говорил: Русь – “…от цвета произошло…”. Как эквивалент ему – древнерусское Белобережье – известно по соседству, в устье Днепра.

То, что для славян было юго-восточной окраиной, для северо- понтийских племен было западом и северо-западом. В некоторых языках заметно до сих пор обыкновение звать запад белой, светлой стороной (свет солнца дольше держится на западе). В первые века нашей эры Северное Причерноморье было западом для многих кочевников, двинувшихся в великое переселение с востока. Белый берег, Белобережье, Рос – так обозначалось это на разных языках общавшихся между собой племен этого района. Здесь, по-видимому, и зародилось название Русь – «Белая  сторона» – с забытым ныне значением.

Русь изначально была юго-восточным форпостом славянства, и, таким образом,  это отпечаталось в ее названии – так языкознание вносит свою лепту в изучение истории народа. В данном случае в одном названии сфокусирована целая эпоха. “Кто верно истолкует название Руси, тот получит ключи к разъяснению ее первоначальной истории”, – сказал в свое время знаменитый польский ученый Брюкнер.

Таким образом, трудами языковедов и археологов – англичанина Г. Чайлда, поляка К. Сулимирского, австрийца П. Кречмера, болгарина В. Георгиева, украинца В. Даниленко, американки М. Гимбутас, россиян О.Трубачёва и В.Сафронова  было установлено, что прародина древнейших ариев IV-III тыс. до н. э. находилась в Степном Поднепровье. С конца III тыс. до н. э. ареал распространения стал резко расширяться, и ко времени частичного переселения в Индию арийские племена обитали уже от Балкан до Алтая и от Прибалтики до Закавказья; образовались мощные центры в Прикубанье, у озера Севан, в Южном Зауралье и др. История проблемы и её основное решение подытожены в монографии Ю. А. Шилова “Прародина ариев” (Киев, 1995).
Начало  формирования ариев, одного из индоевропейских народов, обнаружено в верховьях Днепровских порогов. Мы живем в тех местах, которые называют нижнеднепровской прародиной ариев.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Основная масса ариев до середины II тыс. до н. э.,  да и позже, до конца античного времени, то есть первых веков нашей эры,   оставались на своей Нижнеднепровской прародине.  После угасания здесь ингульской культуры они пережили ещё один подъём, перешедший в XIV в. до н. э. в киммерийскую стадию развития поздних ариев. Этот подъём характеризуется досыпанием прежних и строительством новых курганов – причём уже не округлых, а преимущественно длинных очертаний    в виде весьма выразительных “туннелей бессмертия”. В древнейших из них встречается иногда и сложно орнаментированная календарями керамика, в которой обнаруживаются ингульские реминисценции. Эта орнаментика  содержит письмена (появившиеся, впрочем, в подземельях Каменной Могилы не позже VII тыс. до н. э.).

Несколько позже распространяются изображения косых и прямых крестов, а также право- и левосторонних свастик с солярно-календарной символикой.
Среди длинных курганов выявлены фаллические, змее- и птицевидные, посохообразные и с явной астральной символикой.

Завещание брахманов – пращуров

По Шилову, астральная символика ариев доныне хранится на их Нижнеднепровской прародине. Хранение её завещано “(б)рахманами – пращурами, лучшими из когда-либо живших людей». Перед тем, как переселиться за Синее море, завещали рахманы расписывать на Великдень яйца и бросать скорлупки съеденных яиц в Днепр и другие реки, впадающие в море. Выносят они ту скорлупу на противоположный берег, собирают её там рахманы – и лепят огромное Яйце-райце; тогда наступает Рахманский Великдень, который празднуется через 25 дней после обычного.

На новой, индийской родине ариев доныне сохраняется учение о дне Брахмы, родственное Рахманскому Великдню украинцев. Среди традиционных великденьских яиц-писанок Украины немало именно с арийской символикой, истоки которой хорошо прослеживаются в  местных курганах.

Здешние курганные обряды засвидетельствовали  культы Индры и Вишну, Праджапати-Брахмы, Ашвинов, Адитьев, близнецов Ямы и Ями, культ Мирового Яйца ведийской традиции,  культ Мирового Духа – Пуруши, творца Вселенной (начиная с курганов 3 тыс. до н.э.). Так что начало индуистических верований датируется, по Трубачеву, временем обитания индоариев в Северном Причерноморье.

Удивительно, но  древний индийский род царей Солнечной династии Индии, упоминаемый в ведах (упанишадах) и «Махабхарате» –  Аджаташатру – берет свое начало в Причерноморских землях:  среди киммерийских царей 8 века до н.э.,  правивших на Кубани и Дону, Геродот называет Лигдамиса (Дугдамме) и его сына Аджаташатру.

К слову, круглые жилища меотов и восьмигранные дома ямников соответствуют тем жилищам, которые строят в индийской деревне до сих пор. Не говоря уже о наших мазанках с соломенными крышами – такие возводят в индийской деревне, похожей на украинское село,   и в наши дни.

…Увы, слишком мало мы, наследники великих народов древности, знаем о наших предках. Мы ленивы и нелюбопытны, нас мало интересует даже история названий тех мест, где мы проживаем. Может быть, эта публикация  подвигнет неравнодушных к истории своего края земляков обратиться к первоисточникам – ведь они читаются, как настоящий детектив.

Подготовила Тамара Путилова

PS. Ученые неоднозначно воспринимают труды академика О.Трубачева, кандидата наук Шилова. Поэтому изложенное здесь, скорее, информация для размышления, а не безусловное доказательство.

http://nk-online.tv/37562-2/

Обратная ссылка с вашего сайта

Оставьте комментарий

156